Новый роман американца Майкла Шейбона добрался до нас в радостно короткие сроки: в 2016 году «Лунный свет» вышел в США, а весной 2017-го уже лежал на полках российских книжных магазинов. Издательство «Иностранка» славно поработало над книгой: единожды взяв её в руки, расставаться с ней не хочется — отчасти из-за чудной обложки с выдавленными контурами спичек, а в большей мере потому, что, выхватив из текста одну строку, уже не желаешь останавливаться.

С Шейбоном знакома, пожалуй, небольшая часть российских читателей — по крайней мере, с Ирвингом или Сэлинджером тягаться ему пока тяжеловато. И жаль, что так, ведь после одного прочитанного романа Шейбона немедленно хочется продолжения. Вполне возможно, что «Лунный свет» изменит ситуацию: в этой истории великой любви и великой мечты сосуществуют автобиография и семейная сага, войны и ракеты, драма и фарс, история великой любви и великой мечты.

Если вы привыкли судить о книге по аннотации, то с «Лунным светом» нужно быть осторожнее. Хотя всё, что в ней написано — правда, но складывается впечатление, что читателя ждёт авантюрный роман с примесью лёгкого сюрреализма. На самом деле, материя книги гораздо тоньше и растягивается до полного беспределья, в том смысле, что Шейбон не загоняет себя в рамки.

В конце концов, имейте в виду, что даже сухо названная в аннотации старушкой-пенсионеркой женщина оказывается бодрой, привлекательной и не потерявшей интереса к сексу, а Ночная ведьма Невермор лишь одной — может, и не самой яркой — из ипостасей трагической фигуры бабушки писателя.

Дедушка и бабушка Шейбона — центральные персонажи романа. Большую часть событий рассказывает умирающий дед писателя, а Шейбон нам их пересказывает, вставляя фрагменты собственных воспоминаний или диалоги со своей матерью — ещё одной участницей происходившего. История пляшет от Второй мировой войны до современности, причём повествование ведётся нелинейно: кусочки мозаики ты сам прилаживаешь один к другому, и в итоге складывается яркая картина сумасшедше-прекрасной жизни, в которой хватало и счастья, и горечи.

Вся история выписана остроумно и настолько лихо, что читатель никак не в силах понять, художественный ли это вымысел или Шейбон действительно рассказывает о событиях жизни собственной семьи.

Тем более что писатель в самом начале честно предупреждает: «В этих мемуарах я следовал фактам, если только факты не вступали в противоречие с моими воспоминаниями, задачей рассказчика или истиной, как я предпочитаю её понимать. Могу заверить читателей, что, допуская вольности в именах, датах, местах, событиях и разговорах, а также в характерах, мотивах и взаимодействии исторических лиц и родственников, я строго держался принципа ни в чём себе не отказывать».

И не отказывает! Дед его грезит ракетостроением и оказывается тем неизвестным американским разведчиком, который в год окончания войны успел отыскать архив секретного завода под надзором СС «Миттельверк» под Нордхаузеном до передачи города русским, а бабушка содержалась в лечебнице Грейстоун-Парк вместе с фолк-исполнителем Вуди Гатри, где играла в спектакле по пьесе, написанной выдуманным языком жестов. Самое интересное, что нет никаких оснований не верить всему изложенному — это вполне могло быть именно так.

Всю свою жизнь бабушка сражалась с прошлым, всю жизнь её преследовал «Конь Без Кожи» — образ жуткий, растворённый в воздухе, но детально проступающий из него. Всю жизнь дедушка пытался спасти её, дать ей счастье в настоящем. Они создали для себя мечту — улететь на Луну, где он выстроит для неё укрытие: он будет лежать в гамаке, а она — выращивать цветы в своём саду. И он выстроит этот лунный сад. Выстроит на макете, который закончит 29 сентября 1989 года — спустя 14 лет после смерти жены. Но и это не конец истории.

Читателя «Лунного света» ждут десятки удивительных событий, встреча с Вернером фон Брауном, подробности о «ФАУ-2», туманная хэллоуинская ночь, змеиные погадки, тайны колоды Таро, страх, радость, боль... И всё же в центре всегда будет любовь — великая и простая. Любовь, которая способна выжить даже на Луне.