Написанная в 1979 году кандидатская диссертация Владимира Паперного «Культура Два» об архитектуре сталинских времён неожиданно для многих (в том числе и для самого автора) стала настоящим гуманитарным событием и выдерживает уже не одно переиздание. В конце 2016 года издательство «Новое литературное обозрение» выпустило очередной тираж этой замечательной работы, дополнив его разделом «„Культура Два“ тридцать пять лет спустя», где собраны комментарии современных специалистов о неувядающей актуальности книги.

Начать исследование автора побудили характерные высказывания советских искусствоведов о том, что в силу всем понятных причин развитие советского искусства в тридцатые годы пошло по другому пути. Однако внятно объяснить молодому Паперному, что это за всем понятные причины, никто толком так и не смог, после чего исследователь решил сам взяться за эту проблему.

Следуя за знаменитым искусствоведом Эрвином Панофски, Паперный описывает не стиль, но стиль мышления эпохи.

Учёный разворачивает исследование сталинской архитектуры до общекультурного исследования, привлекая как материалы из других архитектурных эпох, так и из других видов искусств (литературы, живописи, театра, кино) и из истории.

В качестве метода работы Паперный избирает структуралистский анализ, близкий к тому, какой был использован Генрихом Вёльфлином в работе «Ренессанс и Барокко». Метод Вёльфлина заключался в выделении бинарных оппозиций (линейность – живописность, плоскостность – глубинность, замкнутая форма – открытая форма, множественность – единство, ясность – неясность), которые, как пишет Сергей Кавтарадзе, обозначали что-то вроде векторов развития стиля.

Паперный вводит понятия «Культура 1» (охватывает двадцатые годы) и «Культура 2» (приблизительно 1932-1954) и находит для них три бинарных оппозиции: растекание – затвердевание, механизм – человек и лирика – эпос. Внутри каждой из основных групп для удобства характеристики выделяется ещё по несколько оппозиций (начало ­– конец, горизонтальное – вертикальное, добро – зло, целесообразное – художественное и другие). В заключении книги Паперный приводит оппозицию разрушение – созидание, которая на деле оказывается вовсе не оппозицией, а шизофренически сосуществует внутри Культуры 2.

В общем и целом для Культуры 1 характерно авангардное устремление в будущее с декларативным сбрасыванием классики с корабля современности, тогда как для Культуры 2 важна установка на культурную и историческую преемственность.

Введённые учёным понятия двух культур хорошо прижились в современной науке. Паперный претендует на то, что два выделенных им типа культур постоянно сменяют друг друга на протяжении русской истории, охватывая все сферы человеческой жизни. Действительно, попытка описания логики движения культуры выглядит убедительно, хоть и выполнена не на таком обширном материале, какой использовался некоторыми другими исследователями, пытавшимися построить модели культуры. Однако частность вопроса, который, несмотря на все экскурсы в смежные области, занимает Паперного, позволяет ему выстраивать свои доказательства с завидной убедительностью.