Уилл Гомперц не художник. В смысле, никогда за писанием картин замечен не был, инсталляции не выстраивал. Но, вероятно, жизнь внутри мира знаменитых творцов научила его думать, как они: Гомперц долго работал в галере Тейт, гиганте среди музеев современного искусства, теперь он редактор отдела искусств BBC.

Его книгу хочется рассматривать, как картину: подходить ближе и разбирать отдельные меткие фразы, отдаляться на шаг, чтобы оценить установленные между несколькими работами связи – наконец, подняться над ней, чтобы увидеть формально линейное изложение истории искусства. Почему формально?

Обложка книги с изображением супа Campbell авторства главного человека-бренда современного искусства, Энди Уорхола, – постмодернистская шалость самого автора: внутрь эксплуатируемого художником образа масскульта вписано название книги «Непонятное искусство: от Моне до Бэнкси». В картинке сконцентрирован главный вопрос, который посетители галерей мечтают лично задать авторам произведений с перевёрнутыми кроватями, акулами, мухами и коровьими головами: «Что изображено, я понял, но почему это искусство?» Помочь на него ответить – вот главная цель автора.

Сориентировав читателя во временном пространстве своей книги с помощью обложки, Гомперц отправляет его наблюдать за странным человеком, который медленно бредёт по залитому утренним солнцем Нью-Йорку. Он явно что-то придумывает. Нечто революционное. Когда как бы случайно в тексте проносится «молодой художник Марсель Дюшан», развязка истории с поисками непонятного белого предмета становится очевидной. После презентации «Фонтана», как в анекдоте, «жизнь никогда не будет такой, как прежде». Выходка и по тем временам, и по сегодняшним кажется экстравагантной, вызывающей. Но можно ли назвать Дюшана главным провокатором в истории искусства, спрашивает автор у читателя. Очевидно, нет. Давайте поговорим об… импрессионистах!

Ловкий интеллектуальный ход Гомперца заставляет любителя искусства с книгой в руках на секунду замереть: какой же Моне революционер после выходок «человека-с-унитазом»? Отсюда начинается длинный упоительный рассказ о хрестоматийных героях мира живописи, которые переворачивали этот самый мир с ног на голову и обратно: Делакруа, Сезанн, Ван Гог, Гоген. В художественной среде, как и в среде научной, справедливо утверждает Уилл Гомперц, нет людей из ниоткуда. В каждой картине, как в научной статье, есть сноска на предыдущие открытия. Иногда «антиссылка» – протест против метода другого художника. Но даже в этом случае каждое последующее произведение – продолжение всеобщего бесконечного полотна.

«Идея», кстати говоря, – слово, которое встречается в этой книге чаще всего.

Сам Гомперц как бы невзначай, дополняя увлекательные рассказы об истории ключевых открытий, оброняет: «Задача художника не в том, чтобы доставить эстетическое удовольствие – для этого есть дизайнер – а в том, чтобы немного отстранившись от мира, попытаться его осмыслить или высказаться о нём при помощи идей, единственное значение которых – оставаться идеями».

Наверное, из-за этого сосредоточения на всеобщей идее искусства, которая находит воплощение в скульптуре, архитектуре, фотографии (а вы думали, речь в такой книге пойдёт только о картинах?), рождается и главный недостаток издания. В книге рассматривается больше сотни произведений искусства, но представлены цветные фотографии лишь трети из них. Поэтому чтение «Непонятного искусства» превращается в работу с гипертекстом, в постоянные обращения к всемогущему гуглу.

Хотя автор блестяще описывает картины, не просто перечисляя изображённые объекты, но погружаясь в их настроение, запах, вкус. Из подобных примеров талантливого описания полотен в голову приходит Жорис-Карл Гюисманс с его романом «Наоборот». Тот же яркий язык и выход «за пределы» полотна в поле смыслов и ассоциативных образов.

Гомперц не только намечает варианты решения идейных задачек художников, но показывает, как их стоит смотреть: полотно Поллока – только с близкого расстояния, как и картину Ван Гога, чтобы увидеть, как первый художник смешивает краску с бытовым мусором, а второй виртуозно использует технику импасто и накладывает слои краски толщиной с палец. Автор краткой истории современного искусства не просто рассказывает историю, он развивает интеллектуальную чувственность читателя – учит получать удовольствие от придумки, пусть и выполненной с использованием трупов животных, как у Хёрста, или манипуляцией поп-культурой, как у Уорхола.

Хотя слово «учит» здесь весьма условно. «Непонятное искусство» – не тяжёлый университетский учебник. Но и не «пособие для чайников», как его нередко характеризуют в сети. Это диалог с умным человеком, который не упрекает вас за то, что например, из творческой биографии Йоко Оно вы знаете только о романе с Ленноном. Тем более, он не пеняет вам за вопрос о том, «почему эта мазня – искусство»: «Не важно, кто вы – опытный арт-дилер, ведущий академик или музейный куратор – любой может растеряться при взгляде на холсты или скульптуры, только что доставленные из мастерской создателя».

Более того, в финальной главе книги, когда в голове читателя уже соткана паутина, где каждая ниточка – связующее звено между знаменитыми художниками, Гомперц считает его достаточно компетентным для разговора о возможной классификации искусства последних десятилетий. Завершающая, двадцатая глава динамичнее и ярче остальных, словно книга закончилась ещё в девятнадцатой, а тут началась колонка журнала The New Yorker (чью стилистику карикатурных иллюстраций, вероятно, заимствует Гомперц). «Предприниматизм» – такое слово он подбирает для определения искусства последних двух с половиной десятилетий. Коммерциализация, трансформация художника в бренд массовой культуры при эксплуатации её же образов, превращение каждого его вздоха в страстно желаемый продукт – это черты нашего времени. Капитализм налагает на нас отпечаток, подобный тому, что война оставила на поколении Хемингуэя. Мы невольно становимся его частью. Но художник как тот, кто осмысляет мир, как раз и может «отзеркалить» нас в своих работах. Только чтобы рассмотреть себя, нужна новая мыслительная оптика. И её основы как раз даёт «Непонятное искусство».