15-летний Лазарь Гойхман — опасный противник каждого, кто стоит у него на пути

Маргарита Хемлин — первоклассный стилист. Даже названия её произведений находятся в единстве. До последнего (и посмертного) романа «Искальщик» был издан, по выражению жюри премии «НОС», главный постсоветский детектив «Дознаватель»: тоже Украина, закалённые в испытаниях персонажи, поиски на голой земле лучшего места в жизни.

Гулкий звон эпохи, её жуткая атмосфера, её лязгающий оскал. И, конечно, тоже заковыристый, витиеватый, терпкий, крепкий, жаркий, жаргонный, чёрт-те какой язык.

Именно язык — главное достоинство всей прозы Хемлин и «Искальщика» в особенности. На первый взгляд неотёсанный, а на самом деле — изысканный. Инверсии, неологизмы, алогизмы, жаргонизмы, диалектизмы, неожиданные словосочетания сливаются в хлёсткие диалоги, в певучую речь главного героя Лазаря Гойхмана. То ли это суржик, то ли новояз, то ли сплав украинского, идиша и русского. Начитанный Лазарь мыслит образно, выражается красиво, иногда грубо. Но не это главное свойство его натуры.

«Искальщик» кончается убийством, и это не спойлер. Потому что это и так ясно. За годы происходящих в Чернигове событий 1917–1924 годов сгинули миллионы жизней, смерть рыскала на каждом шагу. Закон выживаемости таков: чтобы не быть убитым, надо самому убивать. Надо отключить совесть, искоренить сострадание, идти по головам. А ещё потому, что, по Чехову, револьвер, который прячет и перепрятывает, заряжает и носит под рубашкой Лазарь Гойхман, рано или поздно должен выстрелить.

Маргарита Хемлин — мастак по части выведения отрицательных персонажей. «Гад» и «сволота» — самые безобидные эпитеты из тех, которыми характеризуют Лазаря окружающие, бросая обвинения ему в лицо. Он не остаётся в долгу, если в тот момент не надо притворяться и скрывать свои истинные намерения. Обычно — надо, это у него в крови. О намерениях он честно и без обиняков излагает воображаемому собеседнику, то есть нам с вами.

Особое мастерство автора в том, что повествование ведётся от первого лица: смотришь на события глазами героя, вползаешь в его шкуру, ловишь себя на том, что начинаешь оправдывать самые жуткие его поступки.

Ну, если не оправдывать, то понимать. Ощущаешь, что завяз во всём этом по уши, с трудом возвращаешься в реальность, оглядываясь на пережитое с опаской и ужасом.

Лазаря и окружают личности тёмные, подозрительные, с двойным дном. Каждую из этих судеб он исследует с мастерством сыскаря. Ведёт собственное расследование — точнее, ведёт детективный образ жизни. Он — искальщик не только клада, ради завладения которым придумывает умопомрачительные хитрости, вплоть до падучей болезни. Он — искальщик личных человеческих тайн. Искальщик подводных течений, искатель сокрытых смыслов и умыслов. А главное, искальщик личной выгоды. Это и становится целью его жизни.

«Если мы с тобой сами себя не устроим на этом свете — никто нас уже не устроит», — делится мудростью сирота Лазарь с таким же бедным и неприкаянным хлопцем. Только хлопец, чтобы получить кусок хлеба, расковыривает полученные от бандитов раны, а у Лазаря в арсенале более сложные приёмы. Он живёт по принципу «взять от каждого то, что мне надо, а не надо — отвергнуть и забыть». В свои 15 лет он обладает волей, умом, хитростью, коварством, жестокостью, цинизмом, артистизмом, а ещё он харизматичен, как и положено прирождённому лидеру. Этот набор достоинств (или пороков?) необходим для выживания в экстремальных обстоятельствах. Не только для выживания, а и для процветания. Для личностного роста, ибо в такой жизни личностный рост только таким путём и возможен. Для того чтобы стать хозяином жизни, а не рабом обстоятельств.

Перед нами — исчерпывающий портрет еврея во всём блеске тех качеств, что отличают этот народ от остальных. Не случайно они укоренились в генотипе путём естественного отбора, в силу многовековых гонений, унижений, истреблений. Если человеку — неважно, к какой нации он принадлежит — природой дан инстинкт самосохранения, то у еврея он представлен в энной степени. Вот тут-то и задумаешься, а действительно ли негодяй этот Лазарь, если иного способа выжить не предусмотрено? По крайней мере, в пространстве этого романа. Лазарь Гойхман — чистокровная еврейская порода. Лазарь Гойхман — жизненная концепция. Лазарь Гойхман — стиль жизни.