Американский экономист Сэмюель Боулз попытался опровергнуть идеологию либеральной экономической модели. Стройная теория, выстроенная больше двухсот лет назад Адамом Смитом, пошатнулась: эксперименты выявили, что человек не всегда руководствуется шкурным материальным интересом.

Как стимулировать человека хорошо работать и сознательно относиться к окружающему миру? Этот вопрос занимает очень многих: родителей, начальников, государственных мужей… Потому что такие простые и очевидные способы, как денежное вознаграждение и денежное взыскание, работают не всегда. Например, знакомый мне владелец небольшой сети цветочных салонов изобрёл собственное наказание для опоздавших или нерадивых работников. Вместо того, чтобы штрафовать их, хозяин в конце рабочего дня разбрасывал по полу магазинчика полузасохшие вчерашние цветы и прочий накопившийся мусор. Провинившийся, вздыхая, старательно убирал салон, но на шефа не обижался. «Вот если бы я их штрафовал, была бы злоба и досада, — уверен бизнесмен. — У них же дети, ремонты, кредиты…»

Тема нематериальных стимулов очень актуальна. Её подробно разработал американец Сэмюель Боулз в книге «Моральная экономика. Почему хорошие стимулы не заменят хороших граждан». И если читатель продерётся сквозь обороты вроде «конформистский элемент в культурной трансмиссии», то найдёт немало полезного и даже практически применимого.

Абстрактных рассуждений в книге совсем немного: она изобилует экспериментальными данными и примерами. Вот один из них.

В Хайфе (Израиль) в детском саду ввели штрафы для тех родителей, которые слишком поздно забирали своих детей. В общем, справедливо, но это сработало наоборот: после введения штрафа доля опаздывающих родителей удвоилась. И не снизилась, когда штраф отменили. Почему так получилось?

Да потому что родители восприняли новшество как возможность купить право на опоздание. И те, для кого сумма штрафа не была критичной, стали этим правом активно пользоваться.
Автор делает вывод, что введение материального стимула всегда несёт подчинённым или гражданам какое-то сообщение, и анализирует разновидности таких сообщений. А также осмысливает итоги социально-психологических экспериментов в разных культурах: конфуцианской, англоязычной, православной (бывшей коммунистической), арабоязычной, протестантской и южноевропейской. Оказалось, что реакция людей на введение того или иного стимула связана с культурными особенностями социума. То, что в чём жители Бостона видят осуждение, днепропетровцы воспринимают как оскорбление. Но главное: у «подопытных» из разных культур обнаружились не только эгоистические, но и этические, и альтруистические склонности! А это значит, по мысли Боулза, что либеральную политическую и законодательную модель нужно поставить под сомнение: она рассматривает человека как Homo economicus, пекущегося о личной выгоде. (Любопытно, что при этом книгу в России выпустило Издательство Института Гайдара).

Конечно же, у Боулза нет конкретных рецептов правильного стимулирования на уровне законодателя, руководителя фирмы или воспитателя детского сада. Но книга объясняет нам, какие методы точно работать не будут. И ещё автор обращает наше внимание на нестандартные способы наказания. Пример из прошлого: в Мемфисе по приговору суда жертве грабителя разрешено было войти в дом грабителя, выбрать любой предмет, примерно равный по стоимости украденному, и забрать его себе. Неплохое было правило.