ул. Максима Горького, 78

+7 (383) 223‒69‒73 (торговый зал)

+7 (383) 223‒98‒10 (офис)

Леонид Юзефович: «Я писать не люблю»

Известность к Леониду Юзефовичу пришла в 90-е, после издания цикла исторических детективов о сыщике Иване Путилине и книги «Самодержец пустыни: феномен судьбы барона Р. Ф. Унгерн-Штернберга». После этого писатель дважды стал лауреатом премии «Национальный бестселлер»: за романы «Князь ветра» (2001) и «Зимняя дорога» (2016). Лауреат премии «Большая книга-2009» за роман «Журавли и карлики», Строгановской премии за выдающиеся достижения в области культуры и искусства. Совсем недавно Леонид Абрамович приезжал в Новосибирск на литературный фестиваль «Белое пятно». А сразу после этого получил ещё одну «Большую книгу» — за «Зимнюю дорогу»

Юрий Татаренко

— Есть ли у прозаика Леонида Юзефовича поэтические пристрастия?

— Во-первых, это поэзия на родном языке. Мне кажется, никакую иностранную поэзию по-настоящему чувствовать и любить нельзя. Есть только два западных поэта, которые стали фактом русской поэзии — Лорка и Киплинг. К слову, я переводил Киплинга, многие его баллады знал наизусть.
А к любимой отечественной поэзии относится вся русская классика. Хорошо знаю и современную поэзию. Очень рекомендую Ирину Евса из Харькова, Александра Кабанова из Киева, Марию Ватутину из Москвы…
Я сам много лет пишу стихи.

Поэзия — это когда твой собственный жизненный опыт кажется уникальным. В юности считаешь себя непохожим на других. Потом «года к суровой прозе клонят», и твой опыт кажется уже частью опыта других людей. А в конце жизни ты начинаешь свой жизненный опыт считать ничтожным.

Поэтому последнее время я занимаюсь только документальной прозой.

— Вы написали о бароне Унгерне, известном своей жестокостью. Как вы относитесь к своему герою?

— Я испытываю к нему смесь восхищения и отвращения. Не знаю, как можно оправдывать зверства. Некоторые считают: да ладно, всё равно чекисты убили больше народу! Но это всё равно, что из двух человек оправдать одного только потому, что он убил десятерых, в то время как второй — полсотни. Каждый должен отвечать за свои дела.
Унгерна есть за что уважать. Оправдывать его не надо. Это вообще разные вещи. Здесь как со Сталиным: одни считают его эффективным менеджером, другие — кровавым палачом. Но зачем сталкивать два понятия? Сталин — и то, и другое, и не нужно это разделять.

Писателю никогда не надо занимать чью-либо сторону в истории, и для меня нет ни плохих белых, ни хороших красных, ни наоборот.

Есть мнение: переписывать историю недопустимо. Но ведь постоянно появляются новые сведения, сама жизнь вокруг нас меняется и заставляет по-другому смотреть на прошлое. Переписывается не только история Советского Союза, но и история Древнего Рима, Вавилона. И это правильно.
После того как вышла моя книга о бароне Унгерне, следующая книга на эту тему у нас появилась через 15 лет. Конечно, были ещё так называемые исследования: одни авторы восхваляли барона, другие обличали — при этом в архив никто не ходил и ничего не читал! По-настоящему новое слово об Унгерне сказал Сергей Кузьмин. И тему такого масштаба, как история Пепеляева и Строда, тоже нельзя так просто закрыть. Уверен, лет через 10-15 появится новая книга на тему «Зимней дороги».

— Самые успешные ваши книги последнего времени — «Журавли и карлики» и «Зимняя дорога». Как изменилась ваша жизнь после их выхода?

— Кардинальные перемены произошли гораздо раньше, лет 15 назад. До этого я был школьным учителем истории. И зарабатывал очень мало. Несмотря на то что, вёл 30 часов в неделю — по шесть уроков каждый день. Причём работал в трёх школах одновременно. А в 2001 году я получил премию «Нацбест». Она была не очень большой по деньгам, но принесла мне известность. Пошли переводы на иностранные языки, экранизации — и два года спустя я из школы ушёл. Больше не преподаю.

Я из тех писателей, кто запросто может не писать. Я писать не люблю. Мне нравится думать о том, что напишу. Поэтому у меня мало книг.

Последняя вышла год назад, предпоследняя — в 2008-м. Не рассчитываю, что меня прочтут 100 000 человек. Меня это и не волнует. Я пишу о том, что мне интересно. Больших денег это не приносит. Да и писательская слава — очень узкое понятие. Конной милиции на вечерах поэзии нет давным-давно. Верх современной славы для писателя — узнавание продавщицей в книжном магазине.

— А как просчитать успех у читателей и критиков — ведь каждый текст пишется на максимуме возможностей?

— Ну, не всегда на максимуме! Я никогда не задумывал «выстрелить». Успехи просчитать невозможно — во всяком случае, в литературе. В противном случае производство бестселлеров стало бы на поток. Социальная материя всегда очень сложна, и «нам не дано предугадать, чем слово наше отзовётся».
Моя жена — преподаватель музыки. Однажды я взял у неё альбом Шумана «Пьесы для детей». И в самом начале, в десяти заповедях молодого музыканта, прочёл: «Будешь заниматься музыкой ради денег — их у тебя никогда не будет». Золотые слова.

— Совсем недавно вышел сборник критика Галины Юзефович, где написано о многих нашумевших книгах третьего тысячелетия — что вы думаете о нём?

— Горжусь дочерью. Она знаток античной истории, преподаёт греческий и латынь, хорошо знает современную литературу. Сыном тоже горжусь. Он музыкант, аккомпанирует звёздам эстрады, плюс у него своя джаз-группа. Многие тексты Галины, собранные в книгу «Удивительные приключения рыбы-лоцмана», я читал ещё в журнальных публикациях. Должен сказать, у нас не всегда совпадают мнения. Позвольте не уточнять, по поводу какой книги.

— Что для вас литература: хобби, работа, призвание?

— В юности я считал, что призвание. Потом она превратилась в хобби. Сейчас это моя работа.

Фото Михаила Джапаридзе (ТАСС) и Валерия Панова

© Капитал, 2017

Разработка сайта - A1PRO